Группа «Los Auténticos Decadentes» и ритуал с друзьями в «Sodre»: Бранччари, дань уважения Раде и выступление вместе с Суси

Когда поднялся занавес в аудитории имени Аделы Рета, сцена выглядела так, будто здесь готовился концерт совсем другого рода. Суси уже занимала своё место на сцене, а её музыканты стояли на своих местах, одетые в яркие футболки и рубашки, что было далеко от какой-либо торжественной обстановки. Среди них были участники групп «No Te Va Gustar» и «La Vela Puerca». Не хватало только дирижёра. Начо Алгорта появился на сцене и был встречен аплодисментами, словно он собирался начать концерт с Филармонией или оркестром «Оссодре». Оркестр исполнил краткую увертюру, построенную на музыке группы «Los Auténticos Decadentes», и в течение пары минут в аудитории царило ожидание. Неизбежно возникало сравнение с «Fiesta Nacional» — акустическим шоу, которое «Decadentes» представили в «Адела Рета» и в котором музыканты ворвались на сцену прямо из дверей верхнего яруса. На этот раз выход был другим: сначала Суси, потом они. И вот, без всякой торжественности, на сцену вышли «Los Auténticos Decadentes» для этого симфонического концерта. Как обычно, концерт открыла песня «Somos», а вслед за ней прозвучали те самые хиты, столь же неподвластные времени, сколь и неизменные: «Cómo me voy a olvidar», «Pendeviejo», «Corazón» и «Amor». Группа вернулась на свою привычную территорию, а оркестр придал песням новое звучание. Присутствие Суси особенно ощущалось в вступлениях: перед началом каждой композиции оркестр исполнял своего рода увертюру, которая подготавливала почву для того, что должно было последовать. Но на протяжении значительной части этого вступления происходило нечто любопытное. Публика, заполнившая зал, аплодировала, пела и махала руками, когда группа просила об этом, хотя, казалось, делала это с некоторой осторожностью. Словно присутствие симфонического оркестра и сама атмосфера зала «Адела Рета» диктовали иные правила поведения, отличные от тех, что приняты на обычных концертах группы «Декадентес». Не хватало того момента, когда люди перестают думать о том, где они находятся, и просто отдаются музыке. И группа нашла его с песней «Siga el baile». Кучо Париси объявил, что хочет, чтобы все встали, и реакция последовала незамедлительно: словно ожидая разрешения, которое могли дать только они, зрители встали в унисон, и зал превратился в настоящий праздник. Затем они снова сели. Песня «El pájaro» в исполнении Хорхе Серрано вновь снизила накал, создав ту самую дозированность, которую «Los Decadentes» знают так хорошо. Ведь в их концертах есть нечто ритуальное: они знают, когда заставить петь, когда попросить хлопать в ладоши, когда поднять публику на ноги и когда вернуть её на места. И публика тоже знает эти правила. Оркестр, тем временем, не был сведен к роли простого аккомпанемента, хотя и не всегда удавалось ему доминировать над группой, которая по своей природе звучит громко. В композициях «Amor» и «Turdera» он продемонстрировал один из своих лучших моментов, а аранжировки придали песням совершенно иной характер. Он также более ярко проявил себя в «Los piratas» — с прекрасным вступлением, отличающимся от того, что звучало на альбоме «Cualquiera puede cantar», — и в милонгевой версии «Fiesta nacional». В других композициях, особенно в самых ритмичных, оркестр был более органично вписан в ансамбль, словно еще один инструмент в огромном звуковом ансамбле «Декадентес». И этот арсенал работает даже со своими несовершенствами. У Кучо не совсем безупречный голос — его у него никогда и не было, — но это и не то, за чем пришла публика. Хорхе Серрано и Диего Демарко, напротив, кажутся сохранившими тот же голос, что и три десятилетия назад. У группы «Декадентес» за плечами 40-летняя карьера, и вместо того, чтобы пытаться доказать, что время не прошло, они, похоже, научились с этим жить. В репертуаре прозвучали «Besándote», «El gran señor», «El murguero» и «Osito». Для исполнения «El gran señor» группа пригласила Эмилиано Бранччари, который появился сбоку сцены и подарил один из лучших моментов вечера, исполнив дуэт с Демарко. Публика встретила его аплодисментами ещё до того, как он начал петь. Позже прозвучала дань уважения Рубену Раде в исполнении песни «Quién va a cantar». На этот раз песню анонсировал Мартин Лоренсо. Он сказал, что она «посвящается Патрисии, Лусиле, Матиасу и Джульетте». Больше ничего и не нужно было говорить. Публика прекрасно понимала, о ком идёт речь. Зрители аккомпанировали песне хлопками в ладоши, хотя момент несколько потерял свою силу из-за того, что микрофон Клаудио Мартинеса из группы «La rueda de candombe» звучал недостаточно громко. К тому моменту уже стало ясно, что эта публика пришла не только для того, чтобы послушать аргентинскую группу. Здесь были пары лет 50, компании друзей, целые семьи с маленькими детьми и молодые люди. Многие были в футболках группы «Los Auténticos Decadentes», но никому не нужно было наряжаться, чтобы продемонстрировать свою привязанность к группе. Большинство, особенно мужчины старше 50 лет, казалось, пришли, чтобы вновь встретиться с песнями, которые являются частью их собственной истории. Спустя четыре десятилетия «Los Auténticos Decadentes» — это аргентинская группа, которую значительная часть уругвайской публики считает своей. И это чувство выражается в чем-то конкретном: публика пела песни целиком. Не только припевы. Публика подпевала, допевала тексты и знала, что будет дальше. Она также знает, что концерт «Decadentes» не заканчивается, пока не прозвучит: «Y la banda sigue». После «La música», «Los piratas» и «La guitarra» группа попрощалась. Но вернулась, как и было запланировано, с «Loco tu forma». Музыканты представили своих коллег, Суси сделала то же самое, и наступило последнее прощание. На этот раз действительно последнее прощание, с песней «Y la banda sigue», и музыканты Суси на переднем крае сцены, разделяя этот момент с аргентинцами. Когда занавес опустился, в зале продолжались аплодисменты, даже после того как в аудитории зажглись огни. Концерт закончился, но публика, похоже, ещё не была готова отказаться от ритуала празднования тех песен, которые они знают всю жизнь.